Cамые актуальные новости
и события твоего города
25 апреля / четверг
Все города
USD 25.04 63.9798 + 0.1892
EUR 25.04 71.715 - 0.0303

«И тогда вода нам – как земля»: миасский подводник рассказал о своей службе

19 марта в России отмечается День моряка-подводника. Сухопутный Миасс к подводному флоту имеет самое прямое отношение: здесь находятся предприятия, разрабатывающие вооружение подводных лодок. В канун наступающего праздника корреспондент U74.ru встретился с председателем миасского Совета ветеранов Владимиром Савиным, проходившим службу на Тихоокеанском флоте, а затем посвятившем подводному флоту всю свою жизнь, будучи сотрудником ГРЦ
Кирилл
Машанов
Рубрика:
19 марта 2019, 13:09
0
«И тогда вода нам – как земля»: миасский подводник рассказал о своей службе
«И тогда вода нам – как земля»: миасский подводник рассказал о своей службе Фото: https://twitter.com

— Владимир Александрович, что лично для Вас значит этот праздник?

— Для меня этот праздник действительно профессиональный. Несмотря на то, что службу на подводной лодке я проходил относительно немного, всего 5 лет, вся моя дальнейшая судьба самым тесным образом была связана с подводным флотом. Конечно, для нас это очень памятно и значимо: в этот день мы с особой теплотой вспоминаем наши флотские годы, службу, боевые задачи, которые выполняли, а самое главное — своих товарищей, сослуживцев. Созваниваемся, поздравляем, встречаемся.

— Как всё начиналось?

— В общем-то, изначально я не собирался быть моряком-подводником. По разнарядке нашего миасского военкомата меня с несколькими ребятами направили в Высшее Военно-морское училище на вновь созданный минно-торпедный факультет, а через год был переведен на ракетный факультет. Прошел медкомиссию, и в числе 20 человек из Челябинской области отправился в Ленинград.

По окончании Высшего Военно морского училища подводного плавания имени Ленинского Комсомола нас распределяли в шесть мест: четыре флота, Ленинградский военно-морской район и Ладожская флотилия. Я выбрал Тихоокеанский флот, куда мы и поехали с другом, которого мне удалось сманить. Начинал службу на подводной лодке — «малютке». При чем так сложилось, что помощником командира там оказался мой земляк Анатолий Леонидович Глазунов, тоже из Миасса. После службы он вернулся в родной город, мы общались и с ним, и его семьей. К большому сожалению, его уже с нами нет.

— Возвращение из автономок — всегда волнительный момент и для подводников, и для тех, кто их встречает. Как происходили встречи на пирсе?

— Очень торжественно: с оркестром и традиционно — с жареным поросенком. Вообще, возвращение в базу, к родным берегам — это всегда особая радость, особое волнительное чувство. Ну и, конечно, есть ощущение радости, что поход закончился успешно, боевые задачи выполнены, потерь нет. Да, бывали в автономках сложности, случались и аварийные ситуации, но всё это решалось, благодаря слаженной работе экипажа и командира. А возвращаться к родным берегам — что еще может быть радостнее?

На пирсе рядом с подводной лодкой «Новомосковск». Слева — Владимир Савин. Фото из архива Владимира Савина На пирсе рядом с подводной лодкой «Новомосковск». Слева — Владимир Савин. Фото из архива Владимира Савина

— По окончании службы Вы вернулись в Миасс…

— Да, через отдел кадров устроился на ММЗ (в ту пору это был объект № 3 Златоустовского машзавода). Проработал там 8 лет настройщиком аппаратуры для подводных лодок. Через неделю меня назначили мастером, потом старшим мастером, затем перешел в отдел начальником сектора, а далее — замначальника отдела. Самые крупные заказы были — управление корабельными системами повседневного и предстартового обслуживания. Потом с объекта № 3 меня пригласили на работу в КБМ. Пришел я к начальнику предприятия В. П. Макееву. Виктор Петрович предложил мне должность ведущего конструктора по головным и экспериментальным подводным лодкам.

Но на этой должности я тоже проработал недолго: вышло постановление ЦК КПСС и Совмина о создании службы гарантийного и авторского надзора. Речь шла о совместной эксплуатации. В ту пору флот очень интенсивно развивался, комплексы совершенствовались, и мы помогали морякам находить и устранять какие-либо неисправности ракетного оружия, готовили изделия к пуску, ходили в море на практические стрельбы. Меня назначили начальником отдела, в этой должности я участвовал более чем в 50 пусках ракет непосредственно с выходом в море. Довелось принимать участие в очень интересных испытаниях: достаточно сказать, что я был техническим руководителем первой стрельбы с проламыванием льда корпусом подводной лодки, когда адмирал Балтин и командир лодки Куверский получили звезды Героев Советского Союза. Кроме этого, дважды был техническим руководителем стрельбы с Северного полюса.

— Давайте поговорим про автономки. Сколько их у Вас было?

— Когда я служил, у меня была всего одна автономка, когда наши корабли ходили с дружеским визитом в Индонезию. Флот проводил учения: наша задача была атаковать вражеский конвой. Запомнилось это тем, что мы попали в жесточайший шторм, тайфун. Лодку клало на борт на 55 градусов — такая сильная качка была. К слову сказать, доктор, который командовал провизионкой, питанием (а нам же полагалось еще и красное вино), списал все винные бутылки, как будто бы они разбились: согласно приказу, если качка больше 50 градусов, все стеклянное могло быть разбито.

А уже будучи начальником отдела в КБМ, ходил в несколько автономок, в которых отрабатывались новые тактические приемы, новые районы плавания и т. д.

— Что запомнилось больше всего в этих походах?

— Когда мы в первый раз шли к Северному полюсу, произошла аварийная ситуация. Было время обеда, когда по кораблю объявили аварийную тревогу: в центральном посту прорвало какую-то трубу, залило пульт управления ракетным оружием. Причем, что интересно, я первый в кают-компании закричал: «Аварийная тревога!» Все подскочили, я кричу: «Гражданским специалистам остаться на месте!» Это чтобы не мешали морякам в борьбе за живучесть, не путались под ногами (я-то знал, что нужно делать в таких ситуациях, а остальные гражданские специалисты, а нас там было человек пять, этого не знали). Но ничего, обошлось: аппаратуру привели в порядок, отстрелялись нормально.

Было и еще одно приключение при стрельбах на Северном полюсе. Тогда руководителем был контр-адмирал Агафонов. Перед стрельбой мы проводили КРП — комплексные регламентные проверки. В это время по документации запрещены какие-либо переключения в электрической сети, а штурман начал это делать. Стрелять должны были двумя ракетами. В результате одна ракета прошла, а другая нет. Провели вторые КРП — вроде всё нормально. Но Агафонов заявил: стрелять больше не будем. А за стрельбу отвечаю я, как техрук, срывать задание нельзя. Я ему говорю: «Вы верите в эту шахтную стойку, которую мы отстреляли? Мы же получили радиограмму, что все нормально, ракета пришла в заданный район. Предлагаю блоки отсюда переставить на ту шахту.» Согласился. Переставили, проводим КРП — всё отлично. Я говорю: «Стреляем?» — «Нет, не могу.» Я настаиваю, он — ни в какую. В итоге я потребовал предоставить мне связь с командованием флота. Вскоре пришел ответ, подписанный адмиралом Патрушевым: «Работать по указанию технического руководителя Савина.» Отстрелялись, ракета пришла в заданный район.

На Северном полюсе на палубе подводной лодки. Пятый слева — Владимир Савин. Фото из архива Владимира Савина На Северном полюсе на палубе подводной лодки. Пятый слева — Владимир Савин. Фото из архива Владимира Савина

— С сослуживцами общаетесь?

— Да, мы каждые 5 лет встречаемся. В этом году исполняется 69 лет со дня моего выпуска. Где-нибудь на днях своим ребятам отпишу в Питер, будут организовывать встречу, или нет. Думаю, скорее всего, соберемся.

— Владимир Александрович, для Вас подводный флот — это…

— Это вся моя жизнь, моя судьба, моя работа, мои товарищи. Я горжусь тем, что посчастливилось служить и работать на подлодках. Подводники — это совершенно особая категория людей, особое братство. Фраза «экипаж — одна семья» никогда не станет шаблонной. Те, кто был на глубине, решал боевые задачи, ощущает ее значение каждую секунду. Это — совершенно особые люди, это — герои. Помните известную песню? «И тогда вода нам — как земля, и тогда нам экипаж — семья…» Это — про нас.

В кают-компании подводной лодки. Слева — Владимир Савин. Фото из архива Владимира Савина В кают-компании подводной лодки. Слева — Владимир Савин. Фото из архива Владимира Савина

Другой миасский ветеран-подводник Александр Сиднев, проходивший срочную службу на Тихоокеанском флоте с 1961 по 1965 год, посвятил профессиональному празднику собственное стихотворение.

Пятый день, разбуженный штормом,

Океан качался, как пьяный.

Даже здесь, в его брюхе черном,

Со столов летели стаканы.

Оценив момента серьезность

И решив, что нельзя ждать дольше,

Всплыли, чтоб определиться по звездам,

На минут 15 — не больше.

Звезды могут сказать о многом,

Звезды в море — глаза любимой.

Звезды смотрят нежно и строго,

Я курил, поперхнувшись дымом.

Я дышу, я расправил плечи,

В волны сбрасываю усталость.

А в отсеках — там всё непросто:

Всем нам в этот месяц досталось…

А глядящим на море с суши

Не понять, на весах не взвесить,

Как вливается небо в душу,

Если неба не виден месяц;

Если мы иногда всплывали,

Думать некогда о причалах,

Если месяц нас укрывает

Только черных волн одеяло.

Нынче праздник подводников флота.

Знайте: море бывает разным,

Только море — всегда работа.

Время там не бывает праздным

Тост сегодня вместе со мной

За подводников поднимите,

Чтоб совпало у них число

Погружений и всё же всплытий!

Редакция U74.ru поздравляет подводников, работников оборонных предприятий с профессиональным праздником — Днем моряка-подводника. Желаем вам доброго здоровья, счастья и новых трудовых успехов на благо Отечества.

19 марта 2019, 13:09
Для печати
Поделиться:
< / > Код для блога
Нашли ошибку?
Выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить нам о ней.

Комментарии:

* все поля обязательны для заполнения

СЮЖЕТЫ

Новости партнеров

Другие новости

Выбрав свой город, Вы будете видеть только контент этого города.
Выбрав «все города», Вы сможете следить за жизнью в Миассе, Златоусте и Чебаркуле одновременно!
Выберите свой город